Category: общество

color

Ферраро-Флорентский Собор и Уния

1) Моя работа по Флоренскому Собору и причинах относительного краха его Унии.
На английском...
2)
Для кулинарных рецептов создалась новая площадка.
Пока я перебрасываю свои старые записанные в ЖЖ и Фейсбуке рецепты туда и публикую новые, но если все пойдет как должно, ЖЖ вести не будет смысла…На сайте есть опция подписки на всем мои посты.
У кого есть интерес следить за моими кустарными попытками вяления – добро пожаловать на вышеуказанный сайт. По всему остальному – я на Фейсбуке под своим именем. Буду более чем рад Вас там видеть.
color

Пенаты


Слова – памятники. Наша терминология отзеркаливает изменения в обществе вследствие войн, кризисов и вечных перемен – единственной неизменной слагаемой нашей жизни. Всего 20 лет жизни в отрыве от естественной среды родного языка научили меня не изумляться от скорости, с которым он инкорпорирует новую терминологию и обороты. С другой стороны, в санскрите почти в каждом предложении попадаются знакомые «славянские» слова.

Наша речь имеет глубокую память. Правда, иногда этимологам приходится изрядно поработать, чтобы вскрыть пласты этой памяти. Слова, в конце концов, всегда определялись относительно концептуальных систем. Смена этих систем и категорий изменяла значение употребляемой ежедневно терминологии. Во второй половине прошлого столетия благодаря «О грамматологии» Дерриды и “Destruktion” Хайдеггера эта тема через стала центральной в философии и подарила нам головную боль практических последствий постмодернизма.

Эта смена значений хорошо иллюстрируется идиоматичными оборотами. То  ли в третьем, то ли в пятом классе советской школы нас учили, что «вернутся к своим пенатам» означает « вернуться домой».  Если во время урока мы не рисовали планы в голове по временной оккупации клубничной грядки соседа или операции по надписи антисоветчины на здании райкома партии – азм грешен есьмъ–  то должны помнить, что Пенаты – домашние боги древних Римлян, «отвечающие» за процветание семейства. От первого патриция до последнего плебея, у каждого в доме хранились их небольшие статуэтки и время от времени в очаг поступали объедки для богов. На тобі Боже, що мені не гоже – говорили в моих родных местах. Но, беря во внимание продолжительную гегемонию латинян и их оправдание любым потрясениям в обществе или военным поражениям гневом богов, Пенаты были скромными небожителями.  Неплохое, в принципе, отличие от наглых интерпретаций запросов от трансцендентного нынешних жрецов в рясах, костюмах да сутанах.

Возможно, эти непритязательные запросы Пенатов исходят от их истоков как опекунов кладовой. Более того, даже своим именем они обязаны этой сердцевине каждого римского дома. Penus  на латыни – кладовая. А что каждый римлянин хранил в кладовой, особенно до перемен около 200 до н. э? Оливковое масло, вино, и, разумеется, вяленое мясо и колбасу. Т.е. «вернуться к своим пенатам»  в нашем контексте означает  просто  «я соскучился за своей колбасой.»

Как дань древнему Риму, предлагаю свою версию колбасы, достойной имени Пенат. Конечно, она не достигает шевченкового « за шмат гнилої ковбаси у вас хоч матір попроси – то отдасте.»  Но если эта сырокопченая колбаса «Пенаты» дожидается меня дома, в командировке не задержусь…Зов чрева суть зов сердца.

Рецептура:

color

Пани Ляхи

Интересный тезис у Девиса.
"Злата Вольность", недостатки которой шляхта прекрасно понимала, в их понимании была более "успешной" моделью, чем централизированное государство. Ребята оценивали ситуацию, рассматривая своих соседей с их "Абсолютизмом". По Девису : " Для них моделями для обсуждения был "клерикальный " деспотизм Австрии, "восточный" деспотизм Турции и "варварский" деспотизм Московии." К этому еще добавлялась Тридцатилетняя Война, Смутное Время с опричниной, да вечная резня в Трансильвании с Молдавией под турками.
Мы-то знаем, чем это все закончилось...
Collapse )
color

Девичья Фамилия

Наблюдая со стороны то, что нельзя назвать ничем другим как русско-украинский конфликт, невозможно не отметить относительную правоту тех, кто указывает на тенденцию отчуждения. Нас с детства учили: от любви к ненависти – всего шаг. И любовь, и ненависть – полярные эмоциональные следствия связанности оковами взаимной зависимости.
Брак заканчивается не враждой и ненавистью, а равнодушием и расчетом. Какой пастор или семейный психолог не знает, что пока супруги проводят баталии – их брак еще можно спасти? Когда наступает холодность «пшисько едно» -- поздно.
В семье кто-то может объявлять себя старшим братом, воровать у матери (пока она создала себе проблемы непонятно почему допущенной операцией на почках) сарай размером в Крым, заявлять «никогда мы не будем братьями» и проводить геополитику по рецептам «Кайдашевой Семьи.» Иногда дочь выходит замуж за кланового «врага» по сценарию «Хэтфилд-МакКой». Но ментальные «манатки» не забираются из отцовского дома. Война продолжается...и вбивается в головы внукам.
Но иногда приходит момент, когда брат\супруг – вроде бывшего партнера по провалившемуся бизнесу: неприятный осадок где-то остался, но по сути – уже все до лампочки... пусть живет себе на здоровье, лишь бы мне не мешал..
Таких разводов меньше, но они не так уж редки. Опять же, спросите священника или практикующего психолога\терапевта.
Более того, иногда – это лучший из вариантов.
Русь умерла.
Да здравствует Русь!
color

Сдаю Позиции

Well...Ваш покорный слуга наконец ступил на шаткий путь конформизма.
Приходит на память Мартин Лютер Кинг:
"There comes a time when the cup of endurance runs over, and men are no lnger willing to be plunged into the abyss of despair."
Пришло и мое время.
Разумеется, это все -- о charcuterie.
Вернее -- о копчении.
И холодным, и горячим способом.
Первое -- выписал из Новой Зеландии Smokai. Пришло, кстати, за три рабочих дня после заказа...
Я знаю и помню, что писал о таких устройствах...у них дым -- белый, смешанный с "слишком много воздуха." Для холодного копчения нужен "синий" дым. Просто...надоело. Годами коптил холодным способом на решеточном лабиринтном устройстве (все знают, о чем я...), потом -- паяльник в банке, когда нужно много дыма.
Опробовал устройство (копчу холодным способом в холодильнике) на тресках, опилках, и тому, что у нас называется bbq pellets (загуглите если что). Работает лучше всего на последнем. "Но" одно -- у меня работает лучше всего почти на полной подаче воздуха. При использовании одних pellets, хватает часов на 7. Трески с опилками (я их мешал...трески с пекана и яблони, опилки -- хиккори) -- около 4-5 часов.
Главный плюс -- работает как швейцарские часы и дает много дыма.
Для снижения температуры дама, добавил длинную трубу между устройством и холодильником. Пробовал даже обкладывать ее льдом для эксперимента.
Второе -- горячий способ.
Благодаря посту oregonez обратил внимание на Masterbuilt, который у нас продают во всех больших супермаркетах или "железных" магазинах. До этого проходил мимо...ну, не может хорошая вещь столько стоить....Все хотел найти бэушную махину для "всхода" теста и передалать ее в коптильню. Они герметичны и с хорошей теплоизоляцией, в размер среднего холодильника, часто -- из нержавейки. Смотрел уже, наверно, год. Но рабочие пользованные модели меньше долларов 600 не видел. Я бы с удовольствием взял сломанную и поставил новый источник "тепла" с термостатами и прочая, но не видел нигде по месту проживания. Не то, что я ездил и упорно искал, но...не попадалось.
Короче, просмотрел "Мастербилт", поспрашивал ребят, запросил у всеведущего Гугля и взял вчера модель на 40 in( 101 сантиметр высоты) на 20(соответственно 50 см) и 25 (63). Но главное -- она работает на 1200 ватт. Со всеми скидками (у нас пролетарский праздник завтра) и налогами обошлось в 253 доллара.
Для сравнения -- "ящик", контролирующий температуру продается за 245; нормальный источник тепла для коптильни -- около сотни.
Что будет получаться -- дам знать.
Судя по отзывам ребят -- работает хорошо.

color

(no subject)

Дэвис, описывая значение «географии» в истории Польши, делает любопытную параллель с «центральными Московитскими провинциями России.» В центральной Польше к 14ому столетию местное крестьянство с немецкими колонистами не только обеспечивало растущее быстрыми темпами население аграрными продуктами, но и регулярно производило «переизбыток» для торговли и бартера. Упомянутые выше провинции России достигли того же только в средине 19го столетия. По России, Дэвис ссылается на работы Августа фон Гакстгаузена, по Польше – Веловейского. Сравнивая приведенные данные по температуре\влажности\количестве дней в году, пригодных для земледелия\длины зимы -- немалая разница с моим родным Полесьем. Как-то не думал, что в фактически соседней Велико и Малопольше настолько мягче климат.
color

(no subject)

Наконец дочитал второй “The Wheel.”
Журнал – открытие для меня.
Не то, что в нем есть много нового.
Новое то, что это – православный журнал....
Лучшее в этом выпуске – материалы Christiphe d”Aloisio, Susan Arida (ее материал без намека на плагиат повторяет массу работ мейнлайновых либеральных протестантов на ту же тему), переписка от Robert Arida, и неожиданное для меня в православном контексте от Haralambos Ventis.
По моему невежеству, я не мог представить православного теолога «каноничной» юрисдикции с текстом а ля (в моем корявом переводе):
«...таинство Евхаристии служится в наиболее инклюзивном виде, утверждающем все расы, национальности, полы, социальные классы, возрасты и сексуальные ориентации.»
Или
«Вопросы антропологии ( т.е. человеческой сексуальности, включая гомосексуальность); роль женщины в церковном, семейном, и социальном контексте; таинство брака как что-то больше средства размножения; теория эволюции; концепция бесконечности в контексте расширяющейся вселенной; ответственность на каждом человеке за сбережение и заботу тварного – это некоторые табу для тех, кто делает мертвый идол из живого Предания.»
color

(no subject)

Читая «Инновация и Предание: Православный Взгляд» от Christophe d'Aloisio в “The Wheel” поперхнулся кофе, дойдя до:
«Вполне оправдано представить Православную Церковь как место, открытое к критическим предложениям и свободному богословскому диалогу.»
Что будем делать?
Разве что радоваться оптимизму и воображению отца Христофа...
В конце концов,
Безумству храбрых поем мы песню!
color

Адаптационное Оборудование

Свобода – власть выбирать собственные оковы.
Жан Жак Руссо

Временное безделье – обязательный атрибут работы госслужащего любого государственного строя. Я его заполняю чтением. Моя коллега Сэнди Колдвэлл – болтовней.  Ее муж уже второй год работает на  Ближнем Востоке. Получить Ph.D. оказалось проще, чем оплатить обучение на зарплату управляющего сетью общеобразовательных школ соседнего графства. Пришлось податься к арабам консультантом. Правда, иногда мне кажется, что он убежал в Дубай как раз от никогда не умолкающей Сэнди...
Детей у Сэнди нет. Зато есть лошади. Единственная дочь инженера, сколотившего состояние на продаже тяжелой техники, Сэнди могла себе позволить с детства роскошь --  конный спорт. В ее нынешней конюшне – три лошади, каждая из которых стоит больше моего дома. Сэнди за уже сорок, но спорт заставляет держаться в форме; килограмм лишнего веса делает разницу сравни нашим констубстантивациям с трансубстантивациями. Несмотря на неплохой кругозор и интересный круг знакомых, все разговоры с Сэнди неизменно ведут к лошадям.  Заговори о погоде – закончишь о грязи на арене.  Обзор местных или международных новостей плавно переходит в монолог о психологии скакунов.  Очередной секс-скандал у какого-то сенатора – хороший повод обговорить продолжение славной линии ее рысаков . Мои вечные «заезды» в историю – тут же появляется Буцефал. Упомяну я Путина – как же без него – Сэнди обязательно вспомнит его постановочное фото на кобыле.
Еще Сэнди богата рассказами из своих прежних карьер. У нее их было несколько. Получив бакалавриат по криминологии и закончив магистратуру по социологии, Сэнди лет пять лет возилась с заключенными и судами в пенитенциарной системе.  Когда надоело, прицепила револьвер и стала офицером на надзору условно осужденных или освобожденных раньше приговоренного срока. Сейчас Сэнди работает в руководстве следственных органов ювенальной юрисдикции.
Но больше всего Сэнди любит вспоминать несколько лет службы «адвокатом» категории населения, которую мы называем лицами с ограниченными интеллектуальными способностями. Когда-то их  называли идиотами – термин несправедливый и нелепый. У греков идиотом был человек, махнувший рукой на участие в управленческой жизни полиса. Т.е. по определению – человек умный, если не философ. Отожествление идиотизма с олигофренией также некорректно. Идиотизм –поправимое, но не исправляемое невежество. С идиотами я сталкиваюсь часто. Обычно их IQ намного выше 90. Да и среди «умственно отсталых» чаще увидишь проблеск носителя Образа Божия, чем у среднего чиновника или священника, не упоминая даже профессионального политика.
Лет 30 тому в Оклахоме прошла реформа. Очередной политик решил сделать себе карьеру на неотразимом: «эффективное использование средств налогоплательщиков». Все «дурки», конечно, не закроешь, но распустили все, что могли. Кого из пациентов отпустили под опеку родных, кого-то выгнали пополнять армию бездомных,  за кем-то приставили различные службы. Рай контрактников...Пациента нужно обучить жить самому, научить пользоваться почти не появляющимся у нас общественным транспортом,  помогать с составлением домашнего бюджета, возить за покупками.  В результате, разумеется, пришлось тратить намного больше средств по сравнении со старыми добрыми временами,  когда эту клиентуру держали в многоэтажных заведениях. Но кто помнит о пролитом масле...
Сэнди имела под своей опекой несколько десятков таких клиентов. Ее работа была проста – следить за тем, чтобы они получали «что положено». Что Сэнди с успехом и делала, гоняя в шею бездельников из контрактных агентств или жиреющих госслужащих.
Но тут появился Коннор.
Его умственные ограничения не были заметны по простому разговору.  Коннор приспособился к новой жизни и кое-как функционировал с помощью отведенной ему когорты специалистов. У парня просто было низкое IQ. Что, впрочем, не мешало Коннору иметь сразу по несколько подруг. И менять их как Сталин генералов.
Коннор не был красавцем – полноват, с рыжими, в состоянии перманентного конфликта с расческой волосами.  Голубые и немного выпуклые глаза смотрели на мир с смесью удивления и оптимизма. А оптимизма в Коннора хватило бы на батальон. К тому же что-то в нем было такое, что привлекало дам среднего возраста.
Коннор встречался раз в квартал с группой прикрепленных к нему специалистов. По его настоянию, рабочая встреча всегда назначалась в каком-то ресторанчике, куда Коннора подвозили – сам водительских прав он не имел. За время, проведенное в заведении, Коннор неизменно успевал заполучить несколько номеров телефонов от благосклонных дам.
Этого, правда, было мало. Коннор с парой таких же ребят благословляли своим патронажем находящийся недалеко от их апартаментов стриптиз-клуб. Добросовестной Сэнди пришлось настраивать отношения с хозяином этого досточтимого заведения – нужно же убедиться, что трудящиеся в поте лица леди не слишком оббирают Коннора.
Этого тоже оказалось недостаточно. Буйная сексуальная энергия Коннора рвалась к новым подвигам. Вернее, к и временному устранению вечной проблемы здорового организма...
Ничтоже сумняшеся, Коннор затребовал искусственную вагину. Деньги – не проблема. На выделяемое месячное пособие особенно не попируешь, но, господа, приоритеты!
Проблема была в одном – этот девайс нужно или приобрести кому-то из «смотрящих» Коннора, или везти его в секс-шоп. Где ты был, интернет?  И тут дело зашло в тупик. Обязанности персонального шофера Коннора выпало исполнять социальному роботнику со звонким именем Принцесса. В четырех из пяти случаев такое имя принадлежит Афро-Американке. Принцесса оказалась добротной прихожанкой исторической «черной» баптистской общины.
--- Я!?  Я повезу этого извращенца в то богохульное заведение?! Дождетесь!
Так закончился первый телефонный разговор между Сэнди и Принцессой на эту деликатную тему.
Следующая беседа состоялась в кабинете менеджера Прицессы. Менеджером оказалась тридцатилетней  дамой либеральных взглядов. На стене – портрет Элеоноры Рузвельт; в голове – каша беспорядочно подобранных в колледже идей. Она к тому же была быстро сражена эпидемией госслужащих низшего звена женского пола – за пару лет работы на дядю Сэма превратилась из стройной, миловидной девушки в обрюзгшее существо непонятной гендерной аффилиации.  Одета в что-то среднее между пижамой и спальным мешком, менеджер выслушала Сэнди, но заявила, что ничем не может помочь:
-- Как хорошо образованный, свободомыслящий современный человек, разумеется, я разделяю проблему Коннора.
Не заметив каким путем это «разделяю» появилось в ее речи и запнувшись на секунду из-за такой уж слишком откровенной оговорки по Фрейду, она продолжала:
-- Но я так же не могу насиловать религиозно-этический выбор моей сотрудницы. В конце-концов, у нее тоже есть права...
К ее чести, супер все-таки вызвала Принцессу в кабинет и заискивающе попыталась уговорить последнюю лекцией о сострадании и вхождении в положение обделенного Творцом или эволюцией Коннора.  Она, похоже, действительно хорошо Collapse )